Ваня Агранович и Саша Цыганов. Продолжение следует

Фильм, в котором также снялись Юра Борисов и Анна Шевчук, тепло приняли на фестивале «Маяк»: картина получила сразу три награды — призы за лучшую работу режиссера и лучший сценарий, а также специальный приз «Выбор прессы».

Ваня и Саша с детства знают кино изнутри: Ваня вырос в семье Виктории Толстогановой и  Алексея Аграновича, Саша — Евгения Цыганова и Ирины Леоновой. Тем интереснее наблюдать, как это поколение находит собственную интонацию в кадре. Наш разговор с ребятами — о дружбе, смелости быть собой, родительском примере и первых открытиях в профессии, которая пока вполне уживается со школой, футболом и обычной мальчишеской жизнью.

ВАНЯ АГРАНОВИЧ

«Ваня» — твой дебют в кино, и сразу главная роль. Как ты оказался в этом проекте и что в истории тебя зацепило настолько, что захотелось сыграть?

Я записал самопробы, после них ходил уже на обычные пробы. Так и допробовался до Костромской области. Мне очень понравился сценарий Клавы, а мой персонаж местами похож на меня.

Твой герой старается всё делать правильно, но при этом ввязывается в опасную затею. В чём ты его узнаёшь, а в чём вы совершенно разные?

Мой герой — очень чувствительный, и мне кажется, что он делает всё так, как чувствует. Ваня не слишком думает о том, как правильнее поступать, у него просто так получается. Решение поехать искать отца в Москву он принимает в состоянии шока и растерянности. Его чувствительность также проявляется в сцене в храме. В этих моментах я его очень хорошо понимаю.

Ваня решает найти отца, которого никогда не видел. Как ты для себя объяснил, чего он ждет от этой встречи?

По моему мнению, Ваня хочет найти опору в своей жизни. Сам он не очень планировал взрослеть, но ему пришлось. Пытаясь найти отца, Ваня нашел его в себе.

Вы с Сашей играете друзей. Как складывались ваши отношения за кадром? Кто чаще придумывал приключения, а кто говорил: «Может, не надо?»

С Сашей у нас были и остаются прекрасные отношения. За кадром мы постоянно общались, шутили и играли в пинг-понг. Чаще инициатором идей был он, я пытался его останавливать.

Какой момент съемок ты до сих пор вспоминаешь как самый яркий? Что в работе с Клавдией Коршуновой помогло тебе почувствовать: «Я справляюсь»?

Первый день, утренние и ночные смены, последний день — всё это я вспоминаю с одинаковой улыбкой. Почувствовать, что вроде всё неплохо, помогала Клава, находя какие-то важные и правильные слова между дублями.

Ты вырос в актерской семье. Что в профессии родителей ты понял только после того, как сам снялся в кино?

Стало понятно, зачем они этим занимаются.

Что тебе хотелось бы перенять у мамы и папы — в работе и в отношении к жизни? А что хочется делать по-своему?

Перенять у родителей мне хочется всё, но так или иначе это будет уже моя чуть переделанная версия всего того, что я смогу перенять.

Когда ты впервые почувствовал, что кино интересно тебе самому? Какие еще занятия увлекают тебя так, что ты забываешь о времени?

В детстве я практически каждый год ездил на «Кинотавр», чему всегда был очень рад. Но увлекаться кино я начал не так давно, года два назад. Спасибо за это Дэвиду Финчеру. А если отвечать на второй вопрос — театр, кино и игры «Барселоны».

Бывает ли ощущение, что из-за фамилии от тебя заранее чего-то ждут? Насколько тебе вообще важно оправдывать чужие ожидания?

Такого ощущения у меня никогда не было. Фамилия не должна выходить на первый план в общении с человеком. Особенно в кино: в кадре все равны.

Что тебе хочется доказать самому себе в ближайшие несколько лет?

Что смогу закончить школу.

САША ЦЫГАНОВ

Что тебя привлекло в «Ване» и в роли Феди? У тебя уже был опыт съемок. Чего хотелось попробовать в этот раз?

Мне понравился сценарий. Это простая, понятная мне история, в которой были интересные сцены. Например, мне запомнились эпизоды с моторами и то, как мы катались на санках. Мне хотелось во всём этом поучаствовать. Опыта съемок у меня пока не так много. Первый раз я снимался у папы, мне понравилось, и захотелось продолжить. Поэтому в этот раз хотелось попробовать что-то новое. Вообще, у меня есть довольно простой принцип: когда я читаю сценарий, я думаю, захотел бы сам посмотреть такой фильм или нет. Если история мне интересна как зрителю, то и сниматься в ней хочется. Раньше, когда мне что-то предлагали, я долго сомневался, стоит ли даже читать сценарий. А сейчас стараюсь знакомиться со всеми предложениями и уже потом выбирать. Если понимаю, что сам не пошел бы на этот фильм, то, скорее всего, и сниматься в нем не стану.

Федя шутит, подначивает друга. Что ты увидел за этой веселостью? В чём он похож на тебя?

Мы с друзьями постоянно друг над другом подшучиваем, причем совершенно неважно, какая ситуация: веселая, грустная или даже неприятная. Иногда это такие дружеские оскорбления, но все понимают, что никто ничего плохого не имеет в виду. Когда долго так общаешься, это становится совершенно естественным. Федя ведет себя примерно так же, только немного мягче. Поэтому в этом мы с ним похожи. Мне кажется, за его веселостью стоит довольно простое отношение к жизни: из любой ситуации можно найти выход, сделать какие-то выводы и двигаться дальше. Не обязательно всё воспринимать слишком серьезно.

Что связывает Федю и Ваню, хотя они такие разные? А на чём строится ваша дружба с Ваней Аграновичем за кадром?

Мне кажется, Федю и Ваню во многом сблизили обстоятельства. Они примерно одного возраста, живут в деревне, где не так много возможностей выбирать себе друзей. И тут ты либо остаешься один, либо находишь человека, с которым тебе хорошо и с которым ты на одной волне, даже если вы совсем разные. А в жизни мне как раз интересно общаться и с людьми, которые на меня не похожи. Всегда можно узнать что-то новое, посмотреть на привычные вещи с другой стороны. Не могу сказать, что у нас с Ваней очень много общих интересов, но темы для разговора всегда находятся. Например, он увлекается футболом, следит за разными лигами. Вообще, Ваня — очень начитанный, умный парень, с которым интересно разговаривать.

Вы много вспоминали ночную сцену с выстрелами, когда ваши герои прячутся в лесу. Чем тебе запомнилась эта съемка?

Это была незабываемая ночная смена! Помню, было довольно холодно, нас укутывали в кофты. В какой-то момент нам сказали, что через пять минут снимем следующую сцену и можно будет заканчивать. Мы решили быстро перекусить в буфете, потому что думали, что нас вот-вот позовут. Но потом началось: «Еще пять минут», «Еще пять», «Ну еще пять минут». В итоге я просто заснул на стульях на улице, причем примерно на час. Потом у меня даже горло болело. И вот представьте: ты просыпаешься после часа сна на неудобных стульях, совершенно сонный идешь ложиться на холодную землю, а вокруг крики, выстрелы. Ощущения, конечно, незабываемые! Еще помню, как мы снимали сцену, в которой искали телефон. По-моему, сделали дублей двадцать. Нам постоянно говорили: «Ищите усерднее! Еще усерднее!» И мы снова и снова ползали по земле в поисках этого телефона. В общем, поваляться на земле за ту смену успели вдоволь.

Был ли у Клавдии Коршуновой совет, который помог тебе иначе посмотреть на своего героя или на себя как актера?

Клава советовала мне быть проще, не пытаться ничего специально придумывать и не переигрывать. Просто представить себя на месте персонажа и подумать, как бы сам поступил в такой ситуации, что бы почувствовал, как отреагировал. А дальше уже смотреть по обстоятельствам: если что-то не получается или выглядит неубедительно, тебе об этом скажут, и можно будет попробовать по-другому. А если замечаний нет, значит, всё идет как надо. Главное — не пытаться изобразить какие-то эмоции, а проживать ситуацию так, будто всё это происходит с тобой.

Каким ты представлял себе актерство, наблюдая за родителями, и каким оно оказалось, когда ты сам начал сниматься?

Я впервые начал сниматься лет в пять или шесть, поэтому до этого даже не успел толком задуматься, что вообще представляет собой актерская профессия. Я, конечно, знал, что мои родители — актеры, но для меня это было совершенно обычным делом. Я не думал ни про красные дорожки, ни про известность. Даже не совсем понимал, что папу и маму могут узнавать на улице, подходить к ним, просить сфотографироваться. Для меня они просто были родителями. Да и сейчас я довольно спокойно отношусь к этой стороне жизни родителей. Специально ни о чем не расспрашиваю, не особенно в это вникаю. Поэтому у меня никогда не было каких-то особенных представлений об актерстве, которые потом пришлось бы пересматривать. А что мне было представлять? Я уже был там! Я начал сниматься совсем маленьким и просто с самого детства оказался внутри этого процесса.

Как у вас дома обсуждают твои работы? Тебе важнее услышать поддержку или честный разбор того, что получилось и не получилось?

На самом деле мы дома практически не обсуждаем мои работы. Родители ведь не присутствуют на моих съемках и не всегда знают, как всё проходило. А когда они смотрят фильм, я не бегу спрашивать, понравилось им или нет, что получилось, а что не очень. Если кто-то сам захочет поделиться впечатлениями или что-то посоветовать, я обязательно выслушаю; возможно, даже с интересом. Но специально выяснять чужое мнение не стану. У меня довольно простая логика: если никто не подходит и не говорит, что ему что-то не понравилось, значит, всё нормально!

Что ты чувствуешь, когда в тебе замечают сходство с родителями? А что тебе хочется, чтобы люди увидели именно в тебе?

Когда меня сравнивают с родителями, в каких-то ситуациях это приятно, а в каких-то немного странно. Например, мне говорят, что я хожу как папа или что мы похожи в кадре. А я сам этого не замечаю. Честно говоря, я не так много фильмов с его участием смотрел, поэтому даже не могу сказать, насколько это правда. Наверное, мне хочется, чтобы люди видели во мне просто меня. Иногда ребята моего возраста, с которыми мы работаем на площадке, думают, что я уже такой, «на опыте», очень серьезно готовлюсь, разбираю каждую сцену, заранее продумываю, что и как буду делать. А на самом деле всё совсем не так. Я стараюсь просто представить себя на месте героя и действовать так, как поступил бы сам. Не разбирать каждое движение, а жить в кадре, реагировать на то, что происходит, и уже в моменте что-то придумывать. Это как когда ты готовишь кашу. Ты же не проговариваешь себе заранее: сейчас нарежу банан, потом добавлю это, потом то. Ты просто готовишь и по ходу понимаешь, чего еще не хватает. Как говорится, солишь по вкусу. Вот у меня с актерством примерно так же.

Уже представляешь свое будущее в кино или пока даешь себе возможность пробовать разное? Чем тебе еще интересно заниматься?

Пока я не задумываюсь всерьез о том, чтобы связать свое будущее с кино. Когда меня приглашают на пробы, предлагают новые проекты, мне, конечно, приятно. Значит, что-то в моей работе понравилось, значит, время, которое я потратил на съемки, прошло не зря. Это всегда такой приятный бонус. Но говорить, что я уже вижу себя актером, наверное, рано. Вот будет у меня хотя бы двадцать проектов, тогда будет о чем рассуждать! А сейчас для меня это скорее хобби, возможность попробовать себя в чем-то новом. Хотя постепенно это хобби начинает перерастать во что-то большее. Вообще, кино — далеко не единственное мое увлечение. Я уже десять лет занимаюсь футболом, играю во втором составе академии «Родина», и мне это очень нравится. Еще люблю готовить, гулять, играть, вкусно поесть. Единоборствами тоже интересно заниматься. В общем, мне много чего нравится!

В чём тебе хочется стать смелее? Что ты давно хотел попробовать, но пока не решился?

Даже не знаю. Мне вообще редко бывает страшно, я довольно большой пофигист. Поэтому сложно придумать что-то, на что мне не хватает смелости. Вот с парашютом я бы с удовольствием прыгнул, но пока возраст не позволяет. То есть дело совсем не в страхе. Конечно, есть вещи, которых я боюсь. Например, змеи. Но тут другая история: я совершенно не хочу с ними встречаться, а тем более купаться! Зачем мне это? (Смеется.) А вот когда на футбольном поле на меня несутся здоровенные ребята, мне не страшно. Да, конечно, могут и «кресты» порвать, но тут еще вопрос, кто кому!

БЛИЦ

КАКОЕ КАЧЕСТВО ВЫ БОЛЬШЕ ВСЕГО ЦЕНИТЕ ДРУГ В ДРУГЕ?

Саша: Ванино умение передавать

Ваня: Абсолютную Сашину искренность и чувство юмора.

КАКОЙ ТАЛАНТ ДРУГ ДРУГА ВЫ ХОТЕЛИ БЫ ОДОЛЖИТЬ НА ОДИН ДЕНЬ?

Саша: Его эмоциональность. У него она очень сильная!

Ваня: Бесстрашие.

КАКОЙ ФИЛЬМ ТЫ ПОСОВЕТОВАЛ БЫ ПОСМОТРЕТЬ РОДИТЕЛЯМ?

Саша: Я вообще не имею права им что-то советовать! (Смеется.) Они посмотрели столько фильмов, что скорее это мне нужно спрашивать у них рекомендации.

Ваня: Сложно сказать: практически все фильмы, о которых я начинаю говорить, родители уже смотрели. Только если выходит какой-то новый и я его успеваю посмотреть первым — например, «Финикийская схема» Уэса Андерсона.

КАКУЮ РОЛЬ ТЕБЕ БЫЛО БЫ ЛЮБОПЫТНО СЫГРАТЬ?

Саша: Маньяка.

Ваня: Мне кажется, это зависит не от роли, а от режиссера. Есть режиссеры, в фильмах которых очень интересно сыграть роль асфальтной крошки.

С КАКИМ ПЕРСОНАЖЕМ ТЫ БЫ ПОДРУЖИЛСЯ?

Саша: С Джокером. Думаю, было бы весело!

Ваня: Из нашего фильма — с Федей. В принципе — с Робертом Полсоном.

С КЕМ ИЗ АКТЕРОВ ТЕБЕ ХОТЕЛОСЬ БЫ ОКАЗАТЬСЯ В ОДНОЙ СЦЕНЕ?

Саша: С папой и с Андреем (Андрей Цыганов, брат. — Прим. OK!). А с мамой я уже снимался.

Ваня: С Чарли Чаплином.