От Reels до «Шоу Воли»: Антон Просвирнин и Артём Молоканов — о юморе, телевидении и планах на большое кино

Расскажите немного о себе вне социальных сетей. Какими вы были до того, как в вашей жизни появились блогинг, съемки и большая аудитория?

Артём: До собственных социальных сетей мы много лет работали на чужие. Писали сценарии для YouTube‑каналов, телевизионных программ для ТНТ и других. В общем, создавали огромное количество сценариев и контента для всех, кроме себя. А потом вспомнили, что у нас тоже есть интернет и камера, и, наконец, занялись собой.

Какими вы были в детстве? Уже тогда проявился интерес к творчеству и самовыражению — или всё это пришло позже?

Антон: У меня всё началось еще в детстве, просто долго не имело какой‑то конкретной формы. До университета я пробовал буквально всё: пел, сочинял, вел мероприятия. А потом понял, что именно юмор — как форма самовыражения — мне ближе всего.

Артём: Я с детства тяготел к творчеству и любил веселить людей. Моим первым актерским этюдом, наверное, было пародирование Валдиса Пельша. Тогда программа «Угадай мелодию» была в невероятном прайм‑тайме, а я ее обожал. Собирал родственников в комнате и изображал, как Валдис Эйженович — да, я даже знаю его отчество — ведет передачу. Это помню очень отчетливо. Потом, спустя годы, была «Наша Russia», студенческий КВН — и понеслась.

Помните момент, когда вы поняли, что это не просто увлечение, а перспективное дело? Когда впервые почувствовали: «Я хочу построить сценическую карьеру»?

Антон: У меня такого конкретного момента не было. Я до сих пор иногда задумываюсь, не заняться ли мне пластиковыми окнами… (Смеется.)

Артём: У меня это ощущение возникло после первой шутки в КВН, которая действительно «зашла» залу. Когда получаешь эту волну смеха, понимаешь: хочется заниматься этим дальше. О карьере я тогда, наверное, не думал — просто хотелось выступать всё лучше и смешнее. Двигаться шаг за шагом: студенческий КВН, городской, региональный и так далее.

Насколько вы похожи в жизни и насколько разные?

Артём: Я думаю, у нас схожее видение юмора, а вот по‑человечески мы абсолютно разные люди. Без натальной карты не обойтись, чтобы понять, из‑за чего держится наше общение…

Антон: Наши темпераменты отличаются примерно как погода в Санкт‑Петербурге и Сан‑Диего. Скорее, нас всегда объединяли общие взгляды на творчество, трудолюбие и автомобили марки Audi.

В интернете ежедневно появляется огромное количество нового контента. Как, на ваш взгляд, в 2026 году выделиться в социальных сетях и набрать большую аудиторию?

Антон: Мне кажется, достаточно поставить себе цель не копировать тренды. А если уже и обращаться к ним, то ломать привычный шаблон до неузнаваемости. Именно тогда появляется шанс сделать что‑то свое.

Артём: Исключительно собственная органика. В интернете есть всё, кроме тебя. В море контента выделиться можно только своей аутентичностью, голосом и подачей. Бесконечные копирования и пересъемки одного и того же вряд ли дадут возможность стать заметным. Мы сами изначально исходили из принципа: «Так вообще никто не делает». Возможно, поэтому среди тысяч роликов, которые люди ежедневно листают в ленте, наши смогли зацепить. Чтобы человек остановился и подумал: «А это вообще что такое?». Ключ — уникальность.

Reels и короткие видео сегодня — главный инструмент продвижения или одного короткого формата уже недостаточно, чтобы построить сильный личный бренд?

Артём: Я считаю, что это очень мощный инструмент. Люди каждый день проводят время в телефоне, и, если ты регулярно попадаешь в их ленту, так или иначе начинаешь им запоминаться. Даже крупные фигуры шоу‑бизнеса, которым, казалось бы, уже не нужна дополнительная раскрутка, постоянно что‑то снимают. Конечно, крайне важно участвовать и в шоу, интернет‑ и телепередачах, делать коллаборации с другими блогерами. Для построения личного бренда, наверное, недостаточно одной площадки. Здесь должны быть открыты все краны. Но то, что Reels, особенно в юморе, — мощный инструмент, это факт. Например, молодым артистам всегда было непросто интегрироваться в Comedy Club. Сейчас есть яркий пример Алексея Шальнова: публика принимает его очень тепло, в том числе потому, что зрители уже знают и любят его по коротким юмористическим роликам.

Существует ли, по вашему опыту, секрет «залетающего» ролика? Или даже спустя годы работы невозможно заранее предсказать, какое видео станет вирусным?

Антон: Мы можем только предполагать, что та или иная тема сильнее отзовется аудитории и будет более узнаваемой. Но стопроцентно предсказать успех в интернете не может никто. А если кто‑то говорит, что может, — вам сильно врут.

Артём: Определенные правила есть. Например, хук в начале — цепляющая шутка или ситуация, из‑за которой человеку становится интересно смотреть дальше. Есть условное «правило трех секунд»: если в начале неинтересно, тебя просто перелистнут. Мы также всегда отталкиваемся от темы — она должна быть близка и понятна большому количеству людей. Ну и, конечно, внутри ролика должны быть сильные репризы.

Ваши ролики — больше короткометражные фильмы, чем привычный контент для соцсетей. Как вы пришли именно к такому формату?

Антон: Наверное, сыграли роль внутренние амбиции делать что‑то более художественное, а не просто UGC‑контент. Нам с самого начала понравилось, что этот формат соединяет киношный визуал с абсолютно простыми бытовыми темами для Reels. Уже сама эта идея нас очень повеселила.

Сколько времени занимает создание одного такого «фильма» — от идеи и сценария до съемки и монтажа?

Артём: Сама идея иногда рождается за пять минут. Если она классная, то и сценарий обычно пишется довольно быстро. На организацию и съемку может уйти день, в отдельных случаях — несколько часов. Монтаж занимает примерно два дня. В итоге один наш «фильм» можно сделать за четыре‑пять дней, хотя иногда процесс, конечно, затягивается.

Как вы распределяете роли внутри команды? Кто чаще отвечает за идеи, сценарий, визуальную часть, организацию съемки?

Артём: Поначалу мы всё делали вдвоем, плюс с нами работал оператор. Со временем подключился администратор съемок, который помогает с организационными вопросами. Идеи и сценарии мы в основном придумываем вместе с Антоном. Иногда кто‑то один может полностью написать идею, и мы ее снимаем. На площадке режиссурой тоже занимаемся вдвоем. Технически монтаж делает Антон, но монтируем мы, по сути, тоже вместе.

Антон: Идея может прийти любому из нас в самых разных обстоятельствах. Мне, наверное, немного ближе визуальные решения. А вот организатор из меня, признаться, так себе.

Бывает ли, что вы категорически не согласны друг с другом по поводу идеи или результата? Кто в таких случаях принимает финальное решение?

Антон: Было бы смешно, если бы Артём здесь ответил, что нет… Иногда кому‑то приходится брать ответственность за решение, на котором он настаивает. А иногда мы просто переделываем монтаж до тех пор, пока результат не начнет устраивать обоих.

Артём: Бывает, и довольно часто. Все хотят сделать как лучше, поэтому иногда мы можем шестнадцать часов и на повышенных тонах обсуждать какие‑то моменты. Но в споре обычно что‑то рождается, и в итоге мы всё‑таки приходим к консенсусу.

Не возникает ли ощущения, что качество контента в соцсетях превратилось в бесконечную гонку: сегодня зрителю уже недостаточно того, что впечатляло его несколько лет назад?

Антон: Так и есть. Сегодня качество производства одного Reels может быть выше, чем у сериала на каком‑нибудь нефедеральном канале, и при этом ролик способен собрать большую аудиторию. Отсюда и растущие требования зрителей.

В вашей карьере была коллаборация с Тимати. Как она появилась, и кто первым вышел с предложением?

Артём: Команда Тимати сняла пародию на наш ролик. Мы в ответ выложили сторис, где немного подкололи эту ситуацию. После этого ребята написали нам и предложили снять что‑нибудь вместе, на что мы с радостью согласились. Спустя примерно месяц переговоров и согласований дат встретились в клубе Тимати KIKI и сделали совместный ролик. Получилась классная ироничная коллаборация. Большой респект Тимати и всей его команде за то, что вписались в эту историю.

Антон: Видимо, просто скопировать наш формат оказалось не так‑то просто. (Смеется.)

Есть ли реакция кого‑то из известных людей на ваши работы, которая особенно вас удивила или запомнилась?

Артём: Наверное, пародия от Тимати и стала первой настолько большой реакцией на нас. В тот момент мы поняли, что всё‑таки стали достаточно заметными, причём сама эта история была совершенно неожиданной. Вообще реакций от известных людей было много. Например, очень запомнилось, с какой легкостью Лера Кудрявцева согласилась сняться с нами. За это ей огромное спасибо.

Антон: Меня удивило, насколько много комментариев мы получили от профессиональных актеров кино и сериалов. Многие отнеслись к нашим роликам с правильной самоиронией, а некоторые даже были готовы принять участие в съемках.

Сейчас вы работаете и в «Шоу Воли». Как появилось это предложение и насколько быстро вы на него согласились?

Артём: Предложение поступило спустя несколько месяцев после того, как мы начали делать этот формат в интернете. Согласились довольно быстро, ведь мы очень любим деньги. А если серьезно, в рамках «Шоу Воли» можно делать наши видео длиннее по хронометражу, творчески разгуляться, использовать больше приёмов. Быть частью большого late night шоу — это действительно круто.

Антон: К тому же мы раньше уже работали с командой, которая делает проект, поэтому нам было легко влиться в знакомый коллектив, просто уже в новом амплуа.

Чем работа над телевизионным проектом отличается от контента, который вы полностью создаете для собственных социальных сетей?

Антон: В основном это более широкие темы, которые должны быть понятны практически каждому. Соответственно, и шутки здесь рассчитаны на более широкую аудиторию.

Артём: В первую очередь — цензурой, редактурой и более длинным циклом подготовки. В интернете мы можем придумать идею и практически сразу пойти ее снимать. На телевидении больше согласований: темы, подготовки, различных деталей. Не всегда получается всё снять за один день. Например, рекламные интеграции могут занимать несколько часов, потому что каждый кадр отдельно сверяется с заказчиком. Это тоже интересный процесс.

Можно ли сегодня хорошо зарабатывать на коротком контенте? Какие форматы сотрудничества приносят основной доход?

Антон: Сейчас далеко не у всех продакшенов есть возможность снимать большие проекты, поэтому, мне кажется, короткий формат будет становиться всё более экономически обусловленным и востребованным среди креаторов.

Артём: Мы как раз продолжаем изучать этот вопрос и пытаемся понять, насколько хорошо на этом вообще можно зарабатывать. В целом принцип достаточно простой: чем выше цифры охватов, тем более крупные рекламодатели к тебе приходят. Соответственно, за высокий KPI большие игроки рынка готовы хорошо платить.

Куда вы хотите двигаться дальше? Есть ли желание однажды выйти за пределы короткого контента — снять полнометражный фильм или создать собственное шоу?

Артём: Однозначно. Мы уже снимали для ТНТ сериал «Полупановы» как актеры и шоураннеры, поэтому желание снова сделать что‑то большое есть — сериал, а может быть, и полный метр. В ближайших планах также снять вертикальный сериал для социальных сетей. Это интересная задача и очень перспективный рынок. Его большое преимущество в том, что ты моментально получаешь обратную связь от зрителя. При этом сам процесс производства уже вполне киношного масштаба: команда, актеры, операторы, гримеры. Думаю, на данном этапе именно такой шаг нам особенно интересен и при этом быстрее реализуем.

Многие ваши ролики построены на знакомых каждому жизненных ситуациях. Где вы находите идеи для таких сюжетов — это личный опыт, наблюдения за окружающими или истории из сети?

Артём: В основном идеи приходят из жизни. То, что происходит с нами или нашими знакомыми, потом становится сюжетом для роликов. При придумывании у нас даже есть такое понятие — «жизняк». Мы всегда обсуждаем: насколько ситуация узнаваема, может ли к ней подключиться большое количество людей или это исключительно мой личный случай из прошлой пятницы, который никто больше не поймет. Всегда это анализируем.

Антон: Более того, иногда ты придумываешь персонажа, который говорит то, что сам когда‑то хотел сказать, но постеснялся. Можно считать это своего рода коллективной терапией, раз такие ситуации находят отклик в комментариях.

Оказывались ли вы в ситуациях, которые потом становились основой для роликов?

Артём: Да, конечно. Например, история с ремонтом и дрелью — это практически каждое мое утро. Я сразу сказал: «Надо про это написать, так же у многих!» Или ситуация с лифтом, в который вместе с тобой почему‑то боятся заходить. Таких примеров много — наши ролики в принципе почти всегда вырастают из реальной жизни.

Антон: Я когда‑то искал машину и столкнулся с нечестным перекупщиком. Поверьте, многие из них действительно общаются примерно так, как мы показываем в ролике. А в ситуации, когда ты встречаешься с другом, появляется его друг и внезапно чувствуешь себя третьим лишним, думаю, вообще бывал почти каждый.